Гений, наш враг

(Тайные пружины дела композитора А. Л. Локшина, в кратком изложении)

Каким образом гениальный композитор, за которого боролись Николай Мясковский и Мария Юдина, которого высоко ценил Дмитрий Шостакович, но который всё равно был выгнан из Московской Консерватории за идеологическую непригодность в годы послевоенных сталинских репрессий и так и не имел работы до конца жизни, художник, который не шёл ни на какие компромиссы с властью и творчество которого является редким образцом духовного противостояния, был превращён в икону зла, в этакого "Сальери", творившего зло достойным людям с помощью карательных органов тоталитарной системы?

Каким образом в стране, где действовало несколько миллионов стукачей, писавших доносы на всё остальное население, в стране, где были уничтожены десятки миллионов ни в чём не повинных людей, и где никто не ответил за это, так как списки тайных агентов до сих пор не раскрыты правительством, в стране, где бывшие сексоты продолжают наслаждаться заработанными ими благами или умерли в почёте, был выявлен один "злодей", мщением которому занялись широкие и организованные круги Советской интеллигенции?

Почему мщение за двух уважаемых людей, отсидевших сроки но потом освобождённых и живущих далее полноценной жизнью, стало вдруг так важно в стране, где никому не приходит в голову мстить, например, за миллионы уничтоженных крестьян, бессловесных и не имеющих заступников?

Почему всё ещё мстят человеку, который умер 20 лет назад и вина которого юридически не доказана?
 

Дело композитора Александра Лазаревича Локшина, который у многих вызывал восхищение и зависть, гениальность которого не оспаривали даже враги, уникально по сложности интриги. Возможно, только специалистам при условии открытия архивов КГБ под силу распутать узлы, завязанные с большим мастерством и большой фантазией в 1949 году. Сын композитора, математик и поэт, сам подвергшийся травле за отца, занимается этим уже многие годы. Он реконструировал события в своей книге "Гений Зла", которая расширяется с каждым изданием по мере поступления новых материалов. Цель этой книги в том, чтобы доказать, что его отец невиновен. Он склонен щадить гонителей своего отца.

Изучение материалов книги "Гений Зла" и других источников, анализ моих собственных впечатлений от встреч с композитором и от его музыки, а также разговоры с некоторыми очевидцами событий, вывели меня на вопросы, которые  сформулированы в начале этого текста и которые представляются мне гораздо более важными, чем вина или невиновность отдельного человека. Речь идёт о том, как представления о собственной правоте и моральном превосходстве, клановая взаимоподдержка, толкают людей на расправу.  Речь идёт о том, как понимание этого дало возможность органам ГБ с помощью сфабрикованного ими дела натравить армию интеллигентных, заслуженных и талантливых людей на гения. Перед моими глазами встала картина, в которой многие предстают, с современной точки зрения, в довольно невыгодном свете и которую я попытаюсь обрисовать ниже (см. также статью Аллы Боссарт).

Пострадавшие, математик и поэт Александр Есенин-Вольпин, и преподавательница английского языка Вера Прохорова были известны своими несдержанными антисоветскими разговорами в Москве в годы послевоенного сталинского террора. Никакого труда не стоило их обоих посадить, так как кругом были стукачи и высказывания двоих были несомненно известны властям. Люди, имеющие представление о реальности, дрожали от страха в их присутствии и старались ничего не говорить, так как антисоветские разговоры могли вестись провокаторами и ответы людей могли быть записаны подслушивающими устройствами и использованы для доказательства их виновности. Впрочем, как показало время, Есенин-Вольпин просто не вписывался в советскую реальность и вёл себя неадекватно (см. свидетельства О. А. Адамовой-Слиозберг и поэта Наума Коржавина). Он был арестован в Черновцах в 1949 году и отправлен в психбольницу, но уже в 1950 году после изменения приговора был выслан в Караганду, где и происходили события, описываемые Наумом Коржавиным. Вернувшись в Москву, он пытался объясниться с композитором, но разговор не получился. Есенин-Вольпин распространял в Москве версию органов от том, что Локшин его посадил. Потом он эмигрировал в Америку. 

Роль Веры Прохоровой гораздо сложнее. Она происходит из семьи фабрикантов Прохоровых, основателей знаменитой Трёхгорной мануфактуры в Москве. Почти вся эта достойная семья была уничтожена коммунистами, и только Веру Прохорову пощадили, оставили в живых. Можно легко себе представить, что её должны были склонять к сотрудничеству с органами, угрожая сделать с ней то же самое, что и с остальными членами её семьи. Отсюда, возможно, и её громкие антисоветские разговоры, от которых люди пугались. Как можно объяснить тот факт, что Вере Прохоровой была предоставлена комната в Москве, освободившаяся после ареста её родственников? Вера Прохорова пишет об этом в своих воспоминаниях о Святославе Рихтере, который стал жить у неё и за которым велась открытая слежка. В этой комнате бывал также и её друг писатель Юрий Нагибин, зять наркома тяжёлой промышленности Лихачёва, впавшего в тот период в немилость. По этим двум причинам в комнате Прохоровой могли и должны были быть подслушивающие устройства, и именно там происходили некоторые из встреч Прохоровой с Александром Лазаревичем Локшиным, при которых произносились антисоветские высказывания. (Более подробно об этом рассказывается в статье "Мышеловка" А. А. Локшина.) В итоге, Вера Прохорова была посажена и превращена в жертву, но не в жертву режима, а в жертву неугодного режиму композитора Локшина. (Если бы Локшин сам был арестован, он бы очень скоро умер в лагере со своей третью желудка и превратился бы в жертву. План органов был хитрее.)

После освобождения из лагеря Вере Прохоровой была предоставлена работа по специальности в Москве, в Институте Иностранных Языков, в то время как большинство других освобождённых жили за 101м километром без права въезда в столицу и занимались чем придётся. Прохорова была нужна властям, чтобы повести атаку на Локшина с другого фланга. Разумеется, одна Вера Прохорова была бы не в состоянии причинить много вреда. Но благодаря родственным связям она вращалась среди советской музыкально-литературной элиты. Вот элита и стала мстить "злому гению" Локшину за одного из своих членов. Клевета, рождённая в недрах Лубянки, передавалась из уст в уста и набирала вес, как снежный ком. Безупречные репутации заменяли доказательства. Большие имена работали, как тяжёлая артиллерия. Композитор был изолирован, большинство друзей и знакомых отвернулись от него. Немногие оставшиеся ему верными друзья, а также музыканты, желавшие исполнять его музыку, подвергались давлению и угрозам со стороны  доверенных лиц знаменитых людей. ("В случае невыполнения инструкции меня ожидали карательные санкции, преимущественно направленные на сферу карьерных интересов, особенно в их музыкальной части – практически, в планетарном масштабе– Татьяна Апраксина, "По ту сторону реквиема".) Дирижёр Геннадий Рождественский исполнял симфонии Локшина, пока его не обработали. А после этого он попросил у вдовы композитора справку о том, что тот не сотрудничал с КГБ. А вот дирижёр Рудольф Баршай давлению не поддался.

Необходимо отметить, что Локшина представляли как заядлого стукача, многократно доносившего и посадившего много людей. И это при том, что он был выгнан из консерватории и не числился ни на какой работе всю оставшуюся жизнь, сидя дома в одиночестве. А ведь стукач, по идее, должен был бы быть на хорошем посту, в гуще передовой интеллигенции, где крамола гуляет..  Каждый, кто способен мыслить самостоятельно, должен был бы понять, что концепция "злого гения" несостоятельна. К сожалению, слишком многим людям не хватило индивидуализма или мужества, и они поступили по-советски.

Надо сказать, что мотив "благородного мщения предателю" всё ещё не исчерпывает темы. Сюда также примешиваются амбиции, зависть, и личная неприязнь. Например, Локшин был не в восторге от пианизма Рихтера и не скрывал этого. Ему, в частности, не нравился рихтеровский звук. А Рихтер, со своей стороны, якобы сказал Вере Прохоровой, по воспоминаниям Милицы Генриховны Нейгауз, что она должна быть поосторожнее с Локшиным, он может на неё донести.1) Александр Лазаревич Локшин был выдающейся, магнетической личностью (это я могу подтвердить), и многие ему завидовали. Кроме того, композитор мог задеть кого-то неосторожным высказыванием, как в случае с Рихтером. "Если мы все будем терпимыми, то Союз Композиторов превратится в дом терпимости", сказал он по поводу чьего-то произведения.  Так что фальшивка органов пала на весьма благодатную почву. Ну кому из уважаемых людей придёт в голову устраивать организованную травлю рядового стукача?

Вот, пожалуй, и всё о тайных пружинах этой истории. Видные деятели культуры, чьи репутации активно или пассивно были использованы для клеветы на композитора, лежат в гробу. С ними ушли и основные препятствия для исполнения музыки Локшина. Кстати, эти люди не оставили никаких письменных материалов против композитора, поскольку кампания велась устно. Их имена не могут быть использованы в этом деле как авторитеты. Так что нам остаётся ограничиться историческими свидетельствами Николая Мясковского, Марии Юдиной и Дмитрия Шостаковича.

Вера Прохорова пережила большинство участников драмы и по каким-то своим причинам продолжает травлю давно умершего композитора и по сей день, вместе со вторым поколением гонителей, действующих с чужих слов, как, например, Майя Улановская. Видимо, остановиться ветерану уже нельзя, тогда, получается, монтекристовские усилия всей жизни были напрасны..  Отсюда и её недавние выступления по радио, а также  статья "Трагедия предательства",  приуроченная к исполнению реквиема Локшина в Москве.

Недавно всплыла новая фантастическая история о посадке Веры Максимовой-Лимчер, явно сфабрикованная органами. Студентка Московской консерватории была арестована в 1944 году за "подготовку покушения на Берию". Она, однако, не была расстреляна по этому обвинению, а, наоборот,  её освободили уже в 1948 году  (т.е., при живом Берии и до посадки Есенина-Вольпина и Прохоровой) с "железными" доказательствами на руках против того, кто её предал. Конечно, это был композитор Локшин.. На этот раз акция органов сорвалась, по освобождении бедная женщина бросилась на шею композитору, а через какое-то время покончила с собой. Так что вот пришлось ещё двоих сажать..

Всё-таки я считаю, что время примирит людей, как обычно. На главные вопросы Александр Лазаревич Локшин ответил своей музыкой, которая перевешивает любые "за" и "против". Эта музыка распространяется по миру, и никакие усилия в отдельно взятой стране её не остановят. Большинство людей, слушающих музыку Локшина, вышеизложенная историю вообще не интересует.
 

Dmitry Garanin,
Editor / Webmaster http://lokshin.org
Mainz 8 March 2004;  Baden-Baden 19 November 2005;  Baden-Baden 17 January 2007.
 

P. S.: Я пока не собираюсь переводить этот текст на иностранные языки, пусть это пока остаётся внутренним делом. Но переводы могут быть сделаны в любое время, если потребуется.

1) Дальнейшие детали касательно роли Рихтера содержатся в сетевой публикации сына композитора "Нагибин и Рихтер против моего отца".



Воспоминания Инны Львовны Кушнеровой
о Локшине как музыканте и об истории его преследования